Пример номер два(а), снова из открытых комментов:

«не надо обладать никаким особым интеллектом, чтобы понимать, что клиентка врет»

«родитель содержит своих детей и теряет в комфорте при их появлении на свет. Посему он имеет право использовать их как отдушину, как эмоциональный слив. Это нормально. Дети (особенно девочки) должны научиться функционировать в этой роли. Такой навык пригодится в жизни».

В данном случае мы наблюдаем все тот же механизм идентификации с агрессором, что и в предыдущей истории. Только в этом варианте грань между «мной, над которым совершалось насилие» и «тем, кто совершал надо мною насилие» практически стерта.

Выросший ребенок уже не поет с голоса родителя-насильника и не пытается объяснить и оправдать насилие благими побуждениями. Он сам говорит этим родительским голосом, смотрит на мир родительскими глазами, меряет его родительской меркой…Это – тот случай, когда операцию по отрезанию лишнего (собственного ребенкиного Я) и пришиванию нужного (образа ребенка-продолжения родителя) можно считать прошедшей с ошеломительным успехом.

Комментатор из примера 2а, который не верит  в правдивость истории клиентки, ничем не отличается от отца этой клиентки. Который точно так же не верил в то, что семилетняя девочка, в силу возрастных особенностей мышления, не может решать задачи через интеграл.
Комментатор из примера 2б излагает родительский взгляд на смехотворность своих страхов быть убитым. Ведь «на деле-то два раза отлупили», а все остальное – бред его воспаленного воображения. Лишенный всяческих оснований и подлежащий осмеянию и изничтожению.
Комментатор из пример 2в… не знаю, нужно ли в этом случае что-то объяснять…

Что характерно - все приведенные здесь высказывания принадлежат мужчинам.
Вероятно, это дань патриархальному культурному стандарту. В соответствии с которым мужчина числится «высшим существом», для которого признавать наличие насилия в своей жизни – позорно и недопустимо. Существует достаточно прочная иллюзия того, что подобное признание способно с корнем вырвать мужскую идентичность. Недаром же в зонах и по сей день самым надежным способом поставить мужчину положение массово презираемого это – «опустить» его, «отпетушить», превратить в «Машку» - то есть, совершить над ним акт сексуального насилия.
Этот же стандарт по умолчанию предполагает, что женщина есть существо «низшее» и  терпеть разнообразнее насилие для является вещью обычной и естественной.

Именно в этот стандарт упирается тот факт, что мужчины (особенно в России) в разы реже, чем женщины обращаются за психологической и психотерапевтической помощью. Это точно так же считается недостойным и актуализирующим «страх кастрации», страх выглядеть не-мужчиной. Стоит ли лишний раз говорить о том, чьими глазами смотрит на себя в этом случае мужчина?
Сюда же ложится и давным-давно выведенная психоаналитиками закономерность – если мужчина приходит на психотерапию, ему требуется примерно год для того чтобы достичь того уровня  сотрудничества со специалистом, с какого женщины обычно начинают.

В результате имеем то, что имеем.
Статистику по бытовому насилию и соотношению среди насильников лиц мужского и женского полу можно без труда отыскать в интернете.
Прикинуть аналогичное соотношение среди всяческих чикатил так же несложно.
По статистике «медленного суицида» (суицид есть порыв уничтожить кого-то внешнего, обращенный на себя) в виде смертности от сердечно-сосудистых заболеваний (психосоматика, друзья мои, чистейшей воды психосоматика все эти сердечно-сосудистые) и алкоголизма страна Россия давно уже впереди планеты всей.
В эту же копилочку до кучи можно набросить и пресловутую армейскую «дедовщину», традицию издевательств «старших» над «младшими».
И еще много всякого разного.

Впрочем, не стоит считать, что «корень зла и насилия» содержится именно в существах, принадлежащих к мужскому полу. В настоящее врем все больше женщин выбирают для себя маскулинный путь развития и стиль отношений с собой и с жизнью – напористый, вторгающийся, насильственный. Может быть, это последствия хронических войн, в которых так или иначе страна участвует уже целый век. Гибнут на полях сражения, в первую очередь, мужчины, через что женщинам зачастую приходится действовать «за себя и за того парня». Может быть – гримасы американского феминистического движения среди наших российских березок. Может быть, еще что-нибудь. В данном случае причины на столь важны, как последствия.

Кстати, о последствиях…

Сперва я думала, что этот опус будет состоять из трех частей. Но резонанс от «страшных историй» расходится по журналам, обрастая новыми линиями.
Поэтому будет еще и четвертая часть – О прощении и сопротивлении.

А фраза, вынесенная мною в заголовок, принадлежит коллеге по первой профессии

nataliyaoss

Инакомыслящих, живых, чувствующих и со-чувствующих - унизительными эпитетами. Супругов – своими представлениями о том, как должно быть правильно.

Детей – фразами типа «меня пороли, так я человеком вырос, и тебя пороть буду».

Они будут расстреливать тех, кто молится другому богу, имеет другой цвет кожи, носит другую одежду, болеет за другую футбольную команду… Тех, кто бегает на четырех лапах или летает на крыльях. Безо всякой осмысленной цели, просто за то, что они – другие.

Потому что у каждого из них своя Столетняя война внутри.